«Сушки полёт...»

СУ — это цепочка бараков на краю микрорайона

  Концы, углы и загогулины   Весна нынче затяжная, как бывалый десантник, не торопится раскрывать свой зелёный парашют. Смотришь с Шиханки, и хорошо видно — окраины только-только начинают оттаивать и освобождаться от снежного плена. В сущности, Усть-Катав соткан из концов, углов, курмышей и целых районов частной застройки. А этажи — в центре они узкой полоской протянулись от «кошкиного» дома до длинной пятиэтажки строителей, в микрорайоне их больше, и даже девятиэтажки есть, но вокруг опять сонм деревянных домишек. Посмотрите на гору: от рынка до Революционной сплошь частный сектор. А ещё Вислый, а ещё Лука. И даже центр: от завода до «Ласточки» — избы, от Калёнкиной до «Андреевского» — избы, набережная Юрюзани — избы. И если взглянуть на Катав-Ивановск, Юрюзань, Сим, Златоуст, то и они собраны из таких же одноэтажных окраин, углов и закоулков. В этом и прелесть, неповторимость лица нашего горнозаводского края. Домик на три окошка, палисадник, небольшое подворье, банька и три картофельные сотки — вот «три на четыре» на паспорт малой родины. Нет, иногда вечером, фланируя по улице Ленина от Павлика до площади, или на горе, когда спешишь на такси, возникает ощущение, что ты в вечернем Челябинске. Но это только вечером, а днём, куда ни глянь, с какого ракурса ни посмотри, видны всё те же домики на косогорах. Так что пусть на меня не обижаются любители многоэтажных муравейников, но я буду петь одноэтажную провинцию.   Заречье   Порой стоит остановиться и оглядеться. Походив по грешной земле с её проблемами, занозами, подняться, чтобы взглянуть на всё с высоты птичьего полёта. И благо, что у нас есть отличная смотровая площадка — пирамида Шихана. Отсюда не видно лишь Старую станцию и Луку, они прячутся за Могильной скалой. А посмотреть на доживающую станцию-старушку можно с микрорайона. Она умирает буквально не по дням, а по часам. Сгорел деревянный верх у каменной водонапорной башни, и она стоит обезглавленная, хотя ещё даёт воду в единственную колонку. Ветхие лачуги жмутся к стенкам карьера. А как живут люди в двухэтажном, когда-то многоквартирном доме, диву даёшься! Некоторые окна затянуты полиэтиленом, некоторые заложены кирпичом, вместо парового отопления самодельные печки. В глаза бросаются многочисленные помойки и скворечники туалетов, которые теперь прилаживают как можно ближе к жилью. Мимо идут поезда с яркими логотипами новой России, и никому нет дела до русских клоак.

Получить квартиру в таком доме в шестидесятые — большая роскошь

  А вот Лука и не собирается чахнуть, местами строится. Выгнулась коромыслом, одним концом упирается в микрорайон, другим спускается на водопой к реке. Цепочка бельгийских домов в Колонии и параллелепипед больницы уже видны с Шиханки. Здесь хорошо зреют яблоки — южный склон, речная излучина, не зря же европейские концессионеры выбрали этот уголок для обитания. А дальше на верхотуре сосновая Первомайка. И уже с севера, логом, спускается с горы Шанхай. На севере же самая большая окраина — Шубино. Сверху она похожа на раскрытую ладонь или, скорее, на большой деревенский блин в сковородке. И то, окажись случайно в середине Шубино, не поймёшь сразу, где ты — то ли в Тюбелясе, то ли в Серпиевке.   Там, за линией, больше окраин нет, а вот между рекой и железкой, сохранился один уголок. До сих пор старые люди могут назвать его Cтадионом, но большинству это место известно под прозаическим именем — район у рынка. Он сейчас защищён от реки дамбой, но в недалёком прошлом это самая затопляемая часть Усть-Катава, и его жители, как японцы, всегда были настороже, готовые в любой момент сесть на лодки.   На боку Прямушки   На левобережье круто лезет в Прямую гору Малиновка. Проезжающие по Транссибу, наверное, ахают, удивляются: как это можно на таких кручах жить? А что удивительного? Кажется, у настоящих уральцев стопа от рождения уже так устроена, что не терпит плоской поверхности, ей требуется уклон. Не зря же коренных устькатавцев называли гуранами, то бишь горными козлами. Креативная Малиновка, опоясав полумесяцем Прямушку, уступает место Зашиханке. Она тоже рвётся к вершине, но основная часть, сердцевина, у неё спрятана в кармашке меж Кладенной и Шиханкой. Здесь, на южном склоне, жил, писал картины и растил яблони художник Биев. От него и услышал, что по благодатности, по срокам созревания плодов с Зашиханкой может поспорить лишь Колония. Но здесь и центр ближе, и шума меньше.   Если считать длинную череду Катавских улиц, а их восемь, зашиханскими, то дальше на юге поднимается в Прямую гору Новостройка. Посёлок Тимофея Белоконева, именно он инициатор строительства дешёвого жилья для рабочих. До войны здесь были огороды, а ещё раньше — часовни — Покровская да Вознесенская.   Запрудье   Продолжим осмотр окраин от креста на бывшей горе Никольской, а ныне всем знакомой Шиханки. На юго-востоке, за Кладенной, видна большая гора-скала, издали похожая на панцирь черепахи. У подножия — домики, это начало самого дальнего конца Усть-Катава — Паранино. Начало его истории положила крепостная девушка Параня. Потом здесь были и бараки для заключённых, и туберкулёзный диспансер, а сейчас это спальный район и единственное место в городе, где работает общественная баня.   На противоположной от Паранино стороне пруда Бабава. Где-то здесь доживала свой век избушка твёрдышевского толмача, которого заводские звали Бабаем. Скорее всего, на берегу до прихода русских и стояла башкирская деревня. Справа от этого исторического места к пруду стекают домишки Нагорного района, и на самой оконечности дыбится овальная скала. Это и есть Вислый камень, поэтому и название прилегающего уголка — Вислый. Но в этот раз хотелось бы описать район, который над Бабавой и который почти не видно с Шиханки.   Как корабль назовёшь, или За длинным рублём   Сколько человек рассказывали, какой был микрорайон в прошлом, не счесть, и хотелось самому представить, как всё выглядело. Во-первых, длинная дорога в степи, в давние времена по ней тащились гужевые повозки да тряслись верховые, потом настало время полуторок и мотоциклов. Во-вторых, средь соснового редколесья колосились ржаные поля, цвёл овёс и гречиха, а позднее всё покрыли квадраты картофельных соток. И вот, где недавно гулял лишь ветер да разворачивались повозки ассенизаторов, заскрежетали ножи бульдозеров и появился первый многоквартирный дом.   Если вы свернёте с трассы к МКР, то сначала за стеклом авто проплывёт белёный комплекс зданий водоканала, потом запестрят яркими пятнами коттеджные застройки, и, прежде чем вы бросите взгляд на коробку СОКа, справа, на фоне серых бараков, мелькнёт автобусная остановка с большими буквами СУ. Возможно, кто сразу скажет: это аббревиатура строительного участка, но у меня возникла ассоциация с российским истребителем конструктора Сухого — СУ, или, как его ласково кличут лётчики, «Сушка». Не трудно представить, как готовится к полёту новейший российский истребитель СУ-35, как он выруливает на бетонную полосу, как ревут двигатели... В принципе, всё так и начиналось для Усть-Катава: строительство первых домов в шестидесятые, небывалый разбег в восьмидесятые, и, если бы не развал Союза, город дотянулся бы до трассы и давно бегал бы здесь наш маршрутный трамвай.  

Владимир Похлебаев работал на трассе геодезистом

Моим провожатым по окраине стал строитель-геодезист трассы М-5 Владимир Сергеевич Похлебаев.   — Наш участок был от Хапова ключа до «Зимника», — вспоминает Владимир Сергеевич. — Через каждые 50 километров трассы стояли базы, у нас — СУ-810, в Юрюзани — СУ-808, в Сатке — СУ-812. Делали всё стандартно по всей трассе до Челябинска: сначала возводили контору, потом жилые дома для начальства, затем бараки для рабочих, дальше асфальтовый и щебёночный заводы, гараж и мастерские. А первыми селились те, кто за длинным рублём пришёл. Когда появился здесь «Петропавловсктрестстрой», он начал набор рабочих с объявления заработка. Если на заводе в среднем получали 2,5 тысячи, то трест обещал 3,5 тысячи рублей, и народ пошёл. Первыми приехали из Серпиевки механизаторы, а потом и устькатавцы потянулись...   А начали строить всё в 1968 году. На месте микрорайона были сплошные огороды и две ямы для городских отходов. Первый двухэтажный дом построили для начальства, керамзитобетонный, и ещё три двухэтажных барака — для механизаторов. Они были из бруса и обшиты рубероидом, поэтому более-менее тёплые. А остальное — сборно-щитовые дома. Щиты колотили где-то в Свердловске и привозили сюда — одна досочка, вторая досочка, а между ними 10 сантиметров опилок. Была котельная, но котёл маломощный, поэтому все сложили печки. Колонка на улице, туалеты и выгребные ямы тоже холодные. Но в шестидесятые годы многие стремились получить на СУ жильё.   — В то время это была роскошь, — говорит Владимир Сергеевич, — рвались, очередь была. В семьдесят втором я тоже получил здесь квартиру, но потом её отобрали, отдали многодетному механизатору. Бараки были на два жилья, просторные комнаты, раем всё казалось. Рядом детский сад, рядом столовая, на месте автополигона стояла контора СУ, а там, где сейчас автосервис, построили гараж на двести машин. Потом контору передали СМУ Трёхгорного, и в 1978 году началось строительство первого дома МКР.   — Тридцать седьмой год тут живём, — говорит житель крайнего дома Василий Иванович Баранов. — До СУ жил в Серпиевке, работал трактористом. В совхозе работы мало, платить не платили, вот и переехали сюда. Устроился бульдозеристом, у нас было двое детей — сразу дали квартиру. Нас таких полдеревни сюда приехало. Чем хороша жизнь на СУ, вот вышел, и всё здесь:  и баня, и сарайка, и конюшня. И скотину держал — корова, подтёлок, овцы, поросята, всё как полагается. Я же деревенский житель, мне надо было чем-то заниматься, а не на этаже сидеть. А то, что ветра, так в Серпиевке они гораздо сильнее, там снега намного больше надувает.   — А ещё мы привыкли близко к Серпиевке жить, — вступает в разговор супруга Василия Ивановича, Вера Фёдоровна, — когда молодые были, мужу в Шубино дом советовала купить, а он: «Ой, ты что, взбесилась! Далеко, и через такую гору ходить». Мы же на мотоцикле в свою деревню часто ездили. Серпиевских здесь полно, всё СУ заселено: Куликовы вот, по-серпиевски Пятрухины, Барановы, по-серпиевски Катунычевы, а мы Барановы — Максаковы. Шалупова вот Анна Борисовна — Борискина, Анна Андреевна Куликова...  Дед, чья уж она по-серпиевски? Родькина — имя было Родион, а звали Родька...   Но были и другие отзывы, так сказать, ложка дёгтю. Одна хозяйка барака, пожелавшая остаться неизвестной, сказала:   — Помойку тридцать лет не вывозят, всю зиму ходим, ищем воду, в домах холодно, отопление плохое. Одним словом — ни тепла, ни воды, и помойки кругом.   Контрасты юго-запада, или МКР-5, как СУ-35   Конечно, элитный пятый микрорайон и новенький шестой, это не барачно- сермяжное СУ, но, во-первых, географически для города это один, юго-западный, район, а во-вторых, не по душе мне номерные названия микрорайонов, казёнщина какая-то. Так что объединил я без разрешения жителей весь конец и обозвал «Сушкой». А тут сообщение в интернете нашёл: в Комсомольске-на-Амуре военные наконец-то подняли в воздух и успешно провели испытание истребителя пятого поколения — СУ-35, и что он нисколько не уступает по своим характеристикам американскому аналогу. Так, может, и наши новые микрорайоны дадут импульс развитию города, а за ними, глядишь, и старенький, допотопный СУ подтянется?  

Сергей Неустроев показывает изделия из берёзового капа

Моим гидом по МКР-5 любезно согласился быть пенсионер МВД, эксперт Сергей Неустроев, я побывал у него в гостях.   Высокий кирпичный дом в два этажа, здесь же под крышей гараж и баня. Внизу — большая гостиная, кухня, вторая кухня, туалет с ванной, вверху — спальная зона — три комнаты. И как только прошёл в зал, сразу был сражён обилием работ из берёзового капа. Выставочный зал, да и только, сам маэстро Захаров (известный усть-катавский мастер обработки капа — прим. авт.) удивился бы.      — Ушёл на пенсию в мае, — поясняет Сергей, — и сразу завёл четыре семьи пчёл. Увёз их в Минку. И вот ходил по лесу и увидел нарост на дереве. Он мне напомнил голову быка. Начал собирать, обрабатывать. А эта скульптура — чем не оскаленная пасть тигра? Вокруг пасеки ходил, ходил и нашёл дракона. Сначала меня привлекал внешний образ, потом начал интересоваться текстурой капа, и взялся шлифовать поверхности. Теперь жду нового сезона, опять в лес.   Если говорить об окраине, то СУ заканчивается на РЭПе, а на месте моего дома не так давно люди сажали картошку. Когда принял этот участок, хозяин несколько раз приходил с претензией, что он лет пятнадцать удобрял участок, а я тут дом строю. Но нам горисполком нарезал участки, когда пятый микрорайон закладывали, мне архитектура забила четыре колышка в 1989 году. Распределяли участки по организациям, на милицию пришло только два места, и вначале даже участок не достался. Помню, с каким восторгом архитектор Кузьмина рассказывала нам о планах, показывала генплан, и было видно, что город должен был расшириться до самой М-5. Тогда архитектор нам говорила, что со временем центр города перенесётся в микрорайон и наши коттеджи окажутся в центре многоэтажной застройки. Это был бы своеобразный оазис. Администрация обещала подвести все коммуникации, задача застройщиков — только построить коробку. Но всё пришлось делать за свой счёт — и дороги, и свет, и канализацию, власть сюда ни копейки не вложила.   — Если вокруг планировали строить многоэтажный город, так не лучше было бы приобрести квартиру на этаже? — удивился я.   — Но разве можно свой дом сравнивать с жизнью в многоэтажке! Это же несравнимые вещи, совсем другое качество жизни. Я пять лет жил во втором микрорайоне, но мне нравится жить в своём доме, где большое жизненное пространство, где есть прилегающая территория. Здесь своя аура, здесь интересно жить. Ну что в квартире на третьем этаже можно делать? Это ограниченная жизнь. Пять лет жил в такой и пять лет слышал над собой шум работающего инструмента, а слева вечно ругались соседи. Как в улье живёшь, и негде уединиться.   Сейчас живу как в сказке, но сколько я к этому шёл! От принятия земли до вселения прошло пятнадцать лет! И то, на сегодня мой дом до конца ещё не достроен.   Получился такой симбиоз — в городе и в своём доме. Нет ощущения, что здесь деревня. Даже пешком — десять минут, и ты во втором микрорайоне. И наоборот, выхожу из дома, встаю на лыжи — десять минут, и я в сосновом лесу! В своё время здесь планировали проложить лыжероллерную трассу, можно было бы круглый год кататься на лыжах. Может быть, СУ и было когда-то окраиной, а мы не окраина. И если внимательно каждый дом будете рассматривать, то поймёте, что здесь никакие не новые русские живут. Мне не знаком тот курмыш, который возле    РЭПа, но вокруг знаю, как люди строились. Понятно, что если есть большие деньги, то можно всё за три-четыре года возвести, так строятся сейчас новые русские. Но мне, например, пришлось жизнь положить, чтобы сюда вселиться, а многие люди побросали участки.   — Но Вы же видите, какой контраст между лачугами СУ и дворцами МКР-5?   — По роду службы приходилось бывать в квартирах, где мусор не выносили, а просто сгребали в угол, и высота кучи была больше метра, и он постепенно там гнил. Всё зависит от человека. Почему мы по-разному живём? Не каждый может пятнадцать лет горбатиться, как негр на плантации. Может быть, когда я бетон мешал, кто-то с ружьецом по Пасташу ходил, а когда кирпич таскал, кто-то рыбачил на пруду или сидел песни пел? Всё добивается только трудом. Мы пятнадцать лет жили с женой на одну зарплату, другая шла на строительство. И не раз возникало желание продать, бросить стройку.  

Коттеджи пятого микрорайона — ну чем не пейзаж из европейской Норвегии

Вот напротив учитель физкультуры живёт, здесь есть и дома простых рабочих. Все начинали с малого. Помню, и Марат Новичков вместо грузчика ящики таскал, когда начинал свой бизнес.   Знаете, чем красивее дома вокруг, тем настроение у меня лучше становится. Приятно смотреть на красивый дом соседа, на ухоженную улицу. А когда жил в Шубино, сколько бы я ни улучшал своё жилище, каждый день видел покосившийся забор напротив, разрушенный дом и вечно пьяного соседа, и настроение от этого не улучшалось. Если вокруг убогость и нищета, то откуда у человека возникнет оптимизм?   Трудно было не согласиться с последним утверждением Сергея Неустроева. Возможно, прав был русский классик, говоря, что красота спасёт мир?    А. РЕМЕЗОВ.
Фото автора.
Источник: Усть-Катавская неделя
16.04.2011 23:43
 
По теме
В дежурную часть Отдела МВД России по городу Миассу поступило заявление от местной жительницы и её 16 летней дочери, пострадавших в результате мошеннических действий при онлайн покупке мобильного телефона.
Половина лета позади, но жители нашего города еще продолжают купаться в водоемах.